Корейский кризис 2017 года: первый признак «безумца»
Бывший торговый представитель США Роберт Лайтхайзер осенью 2017 года пожаловался тогдашнему президенту Дональду Трампу, что южнокорейские переговорщики не идут на уступки. Ответ Трампа был кратким и ясным: «Скажи, что сумасшедший в Белом доме готов в любой момент разорвать сделку». Этот случай, переданный Axios, стал краеугольным камнем переговорной стратегии Трампа.
Наследие «безумца» Никсона
Теория «безумца» возникла в 1969 году при президенте Ричарде Никсоне во время войны во Вьетнаме. Когда переговоры с Северным Вьетнамом в Париже зашли в тупик, команда Никсона слила Советскому Союзу сообщение о том, что президент в ярости непредсказуем и может прибегнуть к ядерному варианту. Более того, в октябре 1969 года бомбардировщики B-52 с ядерным оружием на борту были подняты в воздух вблизи советского воздушного пространства, имитируя радиолокационный обман. Эта стратегия, описанная в мемуарах главы аппарата Никсона Боба Холдемана, основывалась на запугивании противника неопределенностью.
Отличие Трампа: в игру вступает «Искусство сделки»
Трамп же соединил тактику Никсона с инстинктами торговца недвижимостью, описанными в его книге «Искусство сделки», опубликованной в 1987 году. В книге он пишет, что «играет на мечтах людей», что они «восхищаются большим, самым большим и самым впечатляющим», и считает «невинное преувеличение» законным маркетинговым инструментом. В переговорах же он подчеркивает, что худшее — это показать свою заинтересованность, и что сила заключается в обладании козырями, без которых противник не может обойтись.
Заставить НАТО сесть за стол переговоров, угрожать Мексике
Трамп применил этот подход в глобальном масштабе во время своего президентства. В первый срок он требовал от союзников по НАТО увеличения оборонных расходов, угрожая прямым выходом из альянса. В 2019 году он пригрозил Мексике жесткими таможенными пошлинами из-за миграции и за несколько дней вынудил ее отправить на границу десятки тысяч военных. В обоих случаях он добился уступок, создавая хаос и неопределенность.
Решение по Сулеймани: привлекательность самого крайнего варианта
Рефлекс «безумца» Трампа наиболее ярко проявился в решении убить иранского генерала Касема Сулеймани в январе 2020 года. Когда Пентагон представил варианты ответа на гибель американца в Ираке, самый крайний вариант — нацеливание на Сулеймани — был включен в список, чтобы сделать остальные более приемлемыми. Однако Трамп, вопреки ожиданиям генералов, выбрал именно его. По сообщению New York Times, это должно было послать сигнал о «президенте, не придерживающемся красных линий».
Контроль над государством с помощью «Schedule F»
Столкнувшись в первый срок с сопротивлением бюрократии, Трамп во второй срок нацелился на полный контроль над федеральным правительством с помощью плана «Schedule F». Этот план, упрощающий увольнение тысяч высокопоставленных чиновников, открывает путь к еще большей непредсказуемости за столом переговоров.
От Атлантики до Тихого океана: новый враг — Китай
Для Трампа главный соперник — Китай. По его мнению, НАТО — это убыток, текущий к европейским «нахлебникам», а Китай — огромная фабрика, отнимающая рабочие места у американского рабочего класса. Вместо многосторонних альянсов против Китая он предпочитает прямую борьбу лицом к лицу. Полуночными твитами он восхваляет председателя КНР, а утром поднимает таможенные барьеры, переворачивая цепочки поставок. Эта тактика «вооружения неопределенностью» создает для инвесторов среду, похожую на минное поле.
Иранский конфликт: послание на оба берега
Военные шаги Трампа в отношении Ирана также преследуют двойную цель. С одной стороны, напряженностью в Ормузском проливе он говорит Европе: «Либо платите по счетам НАТО, либо разбирайтесь сами», а с другой — напоминает Китаю и Индии, покупающим иранскую нефть, об их энергетической зависимости. Он действует как торговец, который устраивает пожар, а затем продает огнетушители втридорога.